Мария Соболева, зав. кафедрой “Звукорежиссура”
Российской академии музыки им. Гнесиных
Первыми звукорежиссерами в России, думаю, можно считать инженеров фирмы Эмиля Берлинера, начавшего производство грампластинок в Москве и Санкт-Петербурге на рубеже XIX—XX веков. Таким образом, профессия звукорежиссера появилась в России чуть более 100 лет назад. В государственном классификаторе высшего образования специальность «музыкальная звукорежиссура» появилась в 1987 или 1988 г., когда открылись кафедры звукорежиссуры почти одновременно в двух известнейших вузах страны – ВГИКе и в «Гнесинке». Получается, что высшему профессиональному образованию в России, готовящему звукорежиссеров, менее 20 лет. Как же становились профессионалами все те звукорежиссеры, которые успешно работали на рынке звукозаписи более 80 лет с момента возникновения профессии и до момента появления профессионального образования? Тем более что появившиеся в конце 80-х гг. вузы выпустили специалистов впервые только в начале 90-х, а о насыщении рынка кадрами даже и сейчас говорить не приходится.
Можно сказать, что первыми «учебными заведениями» для подготовки звукорежиссеров «довузовского» периода были сами производственные базы, на которых записывалась музыка. В советское время основными монополистами на рынке звукозаписи в Москве являлись Государственный дом радио и звукозаписи (ГДРЗ), Всесоюзная студия грамзаписи (ВСГ) фирмы «Мелодия». Каждая из этих организаций, разумеется, периодически нуждалась в новых кадрах, и за неимением государственной системы образования решала эту проблему по-своему. В ГДРЗ по мере возникновения дефицита звукорежиссеров раз в несколько лет объявлялся набор на курсы, которые в течение приблизительно года проводили занятия по технике и технологии звукозаписи. По окончании курсов на конкурсной основе лучшие слушатели приглашались на работу. Первое время они работали под руководством более опытных коллег, потом начинали самостоятельную деятельность и, уже набравшись опыта, допускались до «Святая Святых» - фондовых записей (самые ценные фонограммы, производившиеся с максимальным качеством для многократного использования в эфире и многолетнего хранения). На ВСГ курсы по подготовке звукорежиссеров никогда не открывались, там претендента брали на работу учеником, прикрепляли к «мастеру» - опытному звукорежиссеру, после чего пару лет ученик принимал участие в профессиональной жизни учителя, постепенно перенимая мастерство и навыки. Со временем ему начинали доверять сначала такие операции, как отслушивание материала, монтаж, ассистирование в процессе записи, затем были первые самостоятельные попытки работы с небольшими составами. Через какое-то время ученик был признан готовым к работе и начинал самостоятельный путь.
Обе эти системы образования имели определенные недостатки, которые с развитием технической базы звукозаписи и с рождением сложных технологий стали проявляться все ярче и ярче. Оказывается, что звукорежиссура – это не легкий путь для исполнителей-неудачников, как многие думают даже до сих пор, а самостоятельная и очень трудная профессия, требующая самоотверженности и фанатической преданности вкупе с целым комплексом универсальных качеств, как профессиональных так и личных. Оказывается, без фундаментальных знаний по физике, акустике, электронике, теории и истории музыки, музыкальной акустики и инструментоведения, без точного представления о том, что происходит со звуком на протяжении всего тракта от смычка музыканта и до «музыкального центра» слушателя, невозможно стать профессионалом, владеть и управлять звуком, создавать виртуальные звуковые картины и образы. И за восемь месяцев, и за год, и даже за два хорошим звукорежиссером не стать.
Главным и очевидным достоинством обучения на Радио и «Мелодии» было то, что соискателем профессии звукорежиссера мог стать только человек, окончивший музыкальный вуз. Образовательный ценз был очень важен и необходим в музыкальной звукорежиссуре. Это очевидно – работать с профессиональными музыкантами в едином творческом процессе может только профессиональный музыкант - человек, имеющий такой же уровень музыкальной образованности, как и его исполнитель, и, соответственно, разговаривающий с «пациентом» на одном языке. В ответ могут сказать: «Сколько прекрасных звукорежиссеров сейчас работает на рынке звукозаписи и не имеет вузовского музыкального образования! И что? Плохо работают?» Могу только с уверенностью заметить, что если человек настолько талантлив и хорошо слышит, что может успешно работать в музыкальной звукозаписи, не зная нот, то это не значит, что он никогда не испытывает из-за этого сложностей и не сожалеет о своем незнании.
Итак, на «радийных» курсах «мелодийную» школу могли проходить только музыканты с дипломом. Но с историческим развитием профессии (а это и появление многомикрофонной записи, и многодорожечной записи, и «цифры», новых методов обработки звука, соответственно новых приборов и технологий) количество умений, навыков и знаний стало значительно превосходить возможности годичного ученичества. Вот тогда и созрела необходимость вводить профессию в систему высшего образования. Долгие годы обиваний порогов, проталкивания, отчаяния, надежд и опять новых обиваний порогов (о тех людях, которые принимали в этом участие, надо писать отдельно, как о пионерах и первопроходцах), наконец дали первые результаты - первые кафедры, как уже было сказано, появились. Впервые решались вопросы о том, как учить и чему учить, какие должны быть предметы и каково должно быть их насыщение, какое соотношение должны составлять лекции и практические занятия, как должны проходить индивидуальные занятия и многое другое. Конечно, в 80-е г., когда придумывалась схема, речь шла о близком сотрудничестве предприятий (ГДРЗ, ВСГ и «Мосфильма») с вузами.
Планировалось заключение договоров на прохождение практики студентами непосредственно на профессиональных студиях звукозаписи. Таким образом, будущий звукорежиссер совмещал приобретение высшего музыкального образования и звукорежиссуру в стандартные пять лет, получал гораздо более полноценные теоретические познания, имел длительную практику, достаточную для освоения современных средств и технологий. Кто же знал, что появление первых долгожданных студентов совпадет с фактическим развалом государства, а вместе с ним и государственных структур!!! Кто знал, что к моменту празднования первых выпусков и ВСГ, и ГДРЗ уже проведут тотальные сокращения штатов своих сотрудников, а ВСГ и вовсе скоро перестанет существовать!!! Кто знал, что переход к рынку будет сопровождаться глобальной нищетой всей системы высшего образования как и всей бюджетной сферы!!!
И что получилось? Если раньше соискатели проходили полноценную практику на лучших студиях страны, но не имели достаточного времени и теоретической базы перед тем как садиться за пульт, то теперь студенты-звукорежиссеры стали выдающимися теоретиками звукозаписи, в течении пяти лет изучая фактически на пальцах свою будущую профессию. Конечно, для выполнения учебного плана вузам пришлось потуже затягивать пояса, строить учебные студии и закупать оборудование. Но при таком бедственном положении что может позволить себе вуз? Микрофоны «Октава»? Списанный венгерский пульт и списанный SТМ? Гониометр, сделанный из осциллографа, смотки пленки, подобно одежде в многодетных семьях, передающейся от старших к младшим, пока не занашивается до дыр? Никакой заинтересованности в проведении студенческих практик не высказали ни «Мосфильм», ни ГДРЗ (ВСГ вообще уже давно не существует). Конечно, студенты мешают, они стоят за спиной, задают вопросы, отвлекают! Кому это понравится? Ведь каждый звукорежиссер занимается делом, и каждая запись и так требует максимальной самоотдачи. А тут еще горящие студенческие глаза. И это всего лишь в том случае, если допустить студентов до присутствия на чужих записях. А о том, чтобы подпустить студента к пульту, никто и разговаривать не станет. Это естественно. И студии «Мосфильма», и студии ГДРЗ работают на коммерческой основе. Деньги - большие, графики работы - жесткие. Тут уж совсем не остается времени на «возню» с «малолетками»! Вот вузы и остались одни, без денег, без помощи, вооруженные учебным планом и лозунгами: «студент имеет право» и «вуз обязан».
И несмотря на все это кафедры существовали и существуют, по мере сил обновляют парки оборудования учебных студий пусть недорогими, но профессиональными «железками», а их выпускники, набираясь недостающего опыта уже на производствах, успешно работают. Студенты ВГИКа в поисках практики объединяются со своими сокурсниками с других факультетов и снимают «на коленках» талантливое кино, а студенты Гнесинки совместно со своими однокурсниками с исполнительских факультетов записывают музыку. А уж о том, что качество нашего образования пока еще вполне кореллируется с мировыми стандартами и традициями, свидетельствуют победы наших ребят на международных студенческих конкурсах.
Итак, государственные студии звукозаписи или прекратили свое существование, или полностью перешли на коммерческую основу. Но количество абитуриентов, желающих получить профессию звукорежиссера в вузе, с каждым годом неуклонно растет. Ежегодно увеличивается и количество вузов, желающих открыть у себя эту специальность, естественно, на коммерческой основе. Это понятно – вузы поставлены в положение, при котором приходится искать пути выживания. За последние годы открыты кафедры звукорежиссуры в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, а также Краснодар и Тамбов с нового учебного года ждут своих первых студентов-звукорежиссеров. Количество вузов в Москве, предлагающих абитуриентам платное обучение, уже приблизилось к десятку. Для одних вузов проблемой стало найти музыкантов для проведения практик, для других – отсутствие современного оборудования, для третьих – недостаток педагогических кадров, для четвертых – все перечисленное выше. Практика подтверждает, что наличие кафедры звукорежиссуры именно в музыкальном вузе – одно из самых важных условий ее успешного существования. Это дает возможность студентам постоянно практиковаться в записи всевозможных исполнительских составов и жанров музыки. Вся музыкальная жизнь вуза, его концерты, экзамены, мероприятия –совершенно безболезненная, а главное, бесплатная практическая база для студентов-звукорежиссеров. Студенты-исполнители с удовольствием ходят записываться в учебную студию и используют эти записи для своих рекламных целей. Вуз таким образом получает аудиолетопись всей свой жизни и при этом тоже совершенно бесплатно.
С преподавательскими кадрами так же непросто. Большинство из работающих звукорежиссеров не очень заинтересованы в преподавательской деятельности. И причины этого совершенно понятны. Времени на преподавание уходит немало, нервные и физические нагрузки на записях студентов не меньше, чем на собственных, и при этом все это за абсолютно символическую оплату. Может быть, это для кого-то секрет, но ставка преподавателя вуза редко поднимается выше 2 тыс. руб. в месяц. И даже при таком унизительном положении вещей находятся люди, истинные профессионалы, преданные своей профессии настолько, что готовы заниматься преподаванием несмотря ни на что. Вопрос: долго ли все лучшее будет строиться только на энтузиазме и терпении? И надолго ли этого энтузиазма и терпения может хватить?
Следующая проблема с оборудованием. Многие знают, сколько стоит построить приличную студию. Ну хотя бы порядок цифр. Теперь сравним это с зарплатой педагогов. Не забудем, что цифра зарплаты – в рублях. Пусть не будет иллюзий - никакое платное обучение не сможет содержать современную студию звукозаписи. Просто у нас еще нет в стране класса, который сможет платить столько за обучение отпрыска. Причем, чем меньше найдется студентов, готовых платить, тем дороже будет обучение, а чем дороже обучение, тем меньше студентов, способных платить.
Вопрос: а надо ли строить студентам приличную студию? Зачем? Пусть пишут на чем попало, придет время – научатся и на приличном оборудовании работать, если научены, как это делать, и имеют правильные слуховые критерии. Вот тут как раз и вопрос о критериях. Если студент все годы обучения слушает в акустически неподготовленном помещении, на дешевом контроле, если хорошие микрофоны или приборы обработки видел только в проспектах или на выставках, то о каких критериях вообще идет речь? Чем тогда выпускники вузов отличаются от домашних «мультимедийщиков»? Ведь у них одни «уши», один класс звука в голове.
Западные учебные заведения имеют те же самые проблемы – государства развитых стран не могут удовлетворить все потребности в получении столь «дорогой» профессии. Но там есть производители оборудования, которые отдают себе отчет в том, что нынешние студенты – это будущие профессионалы, а значит, осваивая новые приборы еще в рамках обучения, они вполне могут предпочесть их в своей будущей работе на студиях. Да, это косвенная реклама, и она работает. И для многих ведущих производителей становится выгодно подарить вузу свой новый прибор, который, с одной стороны, будет бесплатно протестирован, с другой – бесплатно прорекламирован.
Беда в том, что у нас почти нет производства профессионального звукового оборудования. А даже если кто-то что-то делает, то почему-то совсем не заинтересован в таком виде рекламы.
Что делать? Как научить, не имея того, на чем учить, и не имея возможности платить тем, кто учит? Куда дальше пойдет высшее образование в нашей профессии, и какие у него перспективы, если совершенно очевидно, что на государство и его бюджетное финансирование пока рассчитывать не стоит? Каким образом «большой спорт» может быть заинтересован в качестве образования? Уже сейчас есть прецеденты, когда крупные компании ищут сотрудничества с вузами, потому что некому работать на новейшем, поставляемом этими компаниями оборудовании. Ведь значительно дешевле помочь вузу в том, что он и так делает и получить специалистов с хорошей подготовкой, чем полностью оплачивать весь цикл обучения своих работников за границей.
И еще не надо забывать: время играет против нас. И скорость нашего отставания неуклонно растет. Ведь для того, чтобы нынешние студенты через 5 лет работали в новых форматах и стандартах, вузам необходимо уже сейчас заглядывать в послезавтрашний день!... А они пока плетутся в позавчерашнем….
Надеюсь только, что бизнес и образование найдут друг друга до того как или рухнет бизнес из-за недостатка квалифицированных работников, или рухнет образование просто из-за недостатка сил…
журнал "Шоу-Мастер"
